Страница 1 из 4 123 ... ПоследняяПоследняя
Показано с 1 по 10 из 36

Тема: Отчеты мастера

  1. #1
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    Тема с отчётами Отчеты мастера

    Здесь будут публиковаться отчеты мастера о прошедших сериях.

    Игроки, участвовавшие в серии, получают по 1 повышению.
    Опыт игроков, пропускавших серии прежде, будет корректироваться по количеству повышений игрока, участвовавшего в наибольшем числе серий: число повышений наиболее активного участника - 1.

    Возможно получение дополнительного опыта за важные этапы развития персонажа и отдельные части сюжетных арок.
    Последний раз редактировалось LaroS; 20.11.2017 в 12:49.

  2. #2
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    По умолчанию

    Серия 1. О несчастной судьбе Луки Бригге и десяти томах запретной алхимии

    Участвовали: Алонзо делла Ровере (DOBRIY_DOKTOR), Антонио Гатти (Mimitroll), Мелисса (Клевер), Рената Гьерини (Lorimo), Франческа Бертолуччи (Сильвингвен)

    15 апреля 1514 года от Рождества христова из поместья семейства Орланди славного города Пизы в сторону Болоньи выехало шестеро всадников. Среди них были: сеньора Франческа Бертолуччи, сеньор Алонзо делла Ровере, сеньора Рената Гьерини, сеньор Антонио Гатти, некая сеньора Мелисса, а также месье Домисьен Прежан, некогда принадлежавший к ордену Зеленых рыцарей. Путники направлялись через Лукку на восток в поисках некого Бригге, три дня назад выехавшего с грузом редких книг (тайных записей алхимиков, осужденных инквизицией, по «Делу тринадцати»), способных пролить свет на поиски Панацеи.



    Сеньор Орланди, ожидавший что Бригге передаст свой груз посреднику в Болонском университете, был крайне разочарован, узнав, что книги доверенное лицо так и не получило. И потому снарядил поисковый отряд.
    Прибыв в Лукку, путники узнали, что в городках на пути к Болонье, где предполагалось искать Бригге, происходят различного рода неблагоприятные события: на Фриньяно напала серая орда, невесть откуда взявшаяся в горах; возле Ламы промышляла шайка разбойников во главе с неким дворянином Жан-Карло ди Пелагатти (некогда правителем Павулло). Относительно спокойным казался только Павулло, куда и направились искатели Панацеи.

    Но вскоре путники скоро поняли, что пасторальный облик Павулло не более чем видимость. Около полутора лет назад местный судья при поддержке властолюбивого священника Джакомо объявил анафему (с лишением власти и изгнанием) местному дожу, которым оказался тот самый ди Пелагатти, чья банда разбойничала на севере. После того, как в тяжелую зиму, дабы приблизить весну и растопить снег на горных перевалах, отрезавший город от внешнего мира, священник именем господа подверг мученической казни свою приемную дочь, «суккуба, искушавшего его самого, других служителей церкви и прихожан», в Павулле установилась власть церкви. Все жители города были разделены на Чистых и Недостойных. Первые своими делами и мыслями были достойны того, чтобы приблизиться к Господу и жить возле места, являвшего Мощь Его (церкви с реликвией в верхней части города, защищенной крепостной стеной), прочие такой привилегии не имели и должны были «в поту и муках» добиваться подобного. При этом общение Чистых с Недостойными строго контролировалось, дабы не занести в верхний город «скверну» (многие никогда больше не видели своих родственников, приближенных к церкви). Страх перед «гневом Господним» и публичными расправами над особенно страшными грешниками (которые устраивались именем отца Джакомо), вынуждал людей доносить друг на друга и случайных приезжих.

    Пообщавшись с прислугой на постоялом дворе и понаблюдав за проповедью (во время которой с приговоренного преступника заживо сняли кожу, как сделали это язычники со святым Варфоломеем – покровителем города), посланники из Пизы удостоверились, что Бригге вместе с книгами был захвачен солдатами, охранявшими верхнюю часть города. Способов попасть внутрь крепости оказалось не очень много: либо воспользоваться старым подземным ходом (планы верхнего города помог найти конюх при таверне, чей отец работал каменщиком и для своих нужд сделал чертеж замка со всеми подходами); либо штурмовать город, воспользовавшись помощью Жан-Карло; либо попытаться выдать себя за делегацию папского престола, разыскивающую опасного еретика; либо проникнуть в город во время церемонии «Вознесения» - когда избранных из числа жителей Нижнего города допускали «к ступеням храма Господня». После нескольких часов обсуждения было решено воспользоваться подземным ходом.

    Спустившись в тоннель в предгорье, искатели вскоре поняли, что отец Джакомо был не только религиозным фанатиком, позабывшим основные постулаты Священного писания, но и опасным вивисектором – в старой части церкви, куда вел ход, они обнаружили группу зомби, судя по одежде, бывших в первой жизни местными крестьянами и ремесленниками. Упокоив несчастных (к сожалению, из-за воздействия алхимического огня сеньора Гатти вспыхнули старые стены деревянного строения), искателями пришлось принять бой со стражей, после чего спешно ретироваться. В этот момент группа разделилась: Рената, Антонио и Франческа смогли добраться до ратуши, где, предположительно, хранились все важные (и опасные) документы, а Мелисса и Алонзо направились в здание местной тюрьмы.

    Франческе, используя свои таланты, удалось справиться с охраной и даже покарать самого страшного преступника города – отца Джакомо. Последний, надо отдать должно, отчаянно боролся за свою жизнь и наделал много шума, из-за чего отважная воительница была схвачена охраной. Но ее маневр дал Ренате достаточно времени, чтобы справиться с секретером судьи, в котором обнаружилась половина искомых книг. С помощью Антонио девушка вынесла этот груз знаний из ратуши, после чего вместе с месье Прежаном отправилась на поиски остальных.

    В это самое время Мелисса и Алонзо через крышу соседнего жилого дома забрались в здание тюрьмы. Довольно скоро они обнаружили в одном из карцеров еле живого Бригге, который оказался заражен Чумой. С трудом собравшись с мыслями, заключенный объяснил, что в Болонье за ним следил «мужчина со светлыми волосами и лицом в шрамах», из-за чего Лука побоялся встречаться с посредником Орланди и спрятал часть книг, что была при нем, в доме своих знакомых «где жил раньше» (вероятно, отсылка ко времени до «Дела тринадцати») в «библиотеке с полумесяцем». Другую часть он, не имея доступа к надежному тайнику или по каким-то иным причинам, повез с собой. В Павулло Бригге приехал вместе с торговым караваном, но вызвал своим видом подозрение у местной стражи (его приняли за вора), после чего попал в руки отца Джакомо. Окончив рассказ, Лука попросил убить его. Алонзо облегчил страдания несчастного с помощью эликсира милосердия.

    Избавившись от охраны (в том числе тех стражников, что привели в тюрьму связанную Франческу), искатели покинули Павулло, сообщив о бесчинствах отца Джакомо в ближайший крупный город - Лукку. Далее их путь вел в город-университет Болонью.

    Шутка от мастера: "Можно пройти серию без боевых взаимодействий", - сказал мастер. "Одиннадцать трупов, не считая зомби", - ответили игроки.
    Последний раз редактировалось LaroS; 20.11.2017 в 11:39.

  3. #3
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    По умолчанию

    Серия 2. О Болонском университете, Белом убийце и мальтийском шифре.

    Участвовали: Рената Гьерини (Lorimo), Франческа Бертолуччи (Сильвингвен), брат Фома (Booky), Дитрих фон Рихтгофен (Ilerien), Микела Антониони (Аринариель)

    К вечеру 20 апреля искатели Панацеи собрались к славном городе Болонье, дабы продолжить свое славное дело. Пока сеньоре Рената и сеньора Франческа обменивались историями о себе и событиях последних дней с вновь прибывшими (обстановка выбранной сеньором Орланди гостиницы крайне располагала к беседам), сеньор Алонзо отбыл по семейным делам, а сеньор Антонио, запершись в комнате, занимался расшифровкой уже имевшихся на руках дневников Тринадцати.
    Стройное течение беседы нарушило появление двух неизвестных: неприятного, дерзкого молодого мужчины по имени Маркус и его молчаливого спутника, итальянца в летах, мастерски скрывавшегося в темноте, называвшего себя Старший Брат. Маркус оказался одним из агентов Орланди в городе. Сухо поприветствовав собравшихся, молодой человек пообещал прибыть следующим утром и озвучить все известные ему детали. А также сообщил, что за посланниками Гонеллы будет вестись наблюдение «с целью обеспечения безопасности», что насторожило многих.

    Следующим утром ранним утром Маркус вернулся в гостиницу и, как обещал, описал прибытие Луки Бригге в город; мужчину, что преследовал Бригге (крупного, светловолосого, умевшего при своем внушительном росте «растворяться в толпе»); дом, куда Лука направился вместо университета (виллу семейства Бригетти). Также Маркус посоветовал посланникам Гонеллы пообщаться с человеком, которому Лука должен был передать книги – профессором Болонского университета, сеньором Басси. На этом он попрощался с посланниками Гонеллы, сообщив, однако, способ связи на случай, если тем понадобится помощь. По окончании беседы доблестные сеньоры решили разделиться: Рената и брат Фома остались в гостинице, чтобы обыскать комнату, где останавливался на ночлег Лука, в то время как остальные направились в университет.

    Ренате и брату Фоме повезло: несмотря на тщательность, с которой убирали номер после визита сеньора Бригге, они сумели найти следы послания, процарапанного бывшим алхимиком на стене. Оно включало в себя множество инициалов, среди которых особо выделились Н.Г. и Ф.О., а также фразу на латыни, дословный перевод которой («Да простит Господь мне мою измену») отсылал к неканоническому религиозному труду. В сочинении один из ранних христиан был вынужден предать своих братьев для спасения целого города от мести римлян. Желая узнать, действительно ли написанные на стене гостиницы инициалы принадлежат таинственным Тринадцати алхимикам, Рената и брат Фома отправились в базилику Санто-Стефано, дабы ознакомиться с местным архивом. Встретивший их служитель церкви, престарелый монах по имени Абель, был так рад побеседовать с собратом по вере (Фомой), что сеньоре Ренате пришлось предпринять особые усилия, даже вступить в сговор со служкой, лишь бы вызволить своего спутника из кельи словоохочего церковника. Но усилия оказались не напрасны: брату Фоме удалось увидеть послание из Авиньона с объявлением о проведении следствия, где перечислялись имена обвиненных алхимиков (среди них были Франциско Орланди и Николо Гранди), а также выяснить, что брат Абель сам участвовал в процессе, занимался расшифровкой кодов, с помощью которых «преступники» скрывали свои записи.

    Тем временем Франческа, Дитрих и Микела Прибыли в университет, где преподавала владелица виллы Бригетти – сеньора Елена Альба. Посланники даже успели побывать на ее лекции, во время которой сеньора Бригетти, разбирая особенности римского права, высказывала чересчур смелые идеи, которые, судя по отзывам некоторых профессоров, вызывали интерес у студентов, но сильно беспокоили преподавательский состав. Наблюдая внутреннюю жизнь университета, Франческа, Дитрих и Микела заметили, что Болонью раздирали противоречия, а в управленческой верхушке намечался своего рода переворот – часть особенно консервативной профессуры настаивала на смене курса в сторону классического, процерковного образования. По словам Басси, ближайшим вечером должно было состояться голосование, способное изменить будущее университета.
    К сожалению, не смотря на лестные отзывы в адрес своей лекции, сеньора Бригетти не пожелала вести беседу с посланцами Гонеллы. Женщина наотрез отказалась обсуждать что-либо, касавшееся судьбы ее брата (Луку, в прошлом носившего имя Антонио, буквально вычеркнули из истории семьи) или его занятий алхимией. Более того, не так давно дом сеньоры Бригетти ограбили, после чего подозрительность профессора в отношении незнакомцев только усилилась. Чуть растопить лед в сердце дамы удалось лишь Микеле, которая предупредила ту о возможной опасности со стороны преподавателя медицины, профессора Руфина, крайнего консерватора, после чего Елена Альба нехотя дала свое разрешение на посещение виллы в присутствии профессора Басси.

    Но прежде чем искателям Панацеи удалось воспользоваться представившейся возможностью, им пришлось столкнуться с опасностью в лице таинственного преследователя Луки Бригге. Как оказалось, неизвестный нанял банду местных разбойников, которая и совершила нападение на виллу Бригетти. Но того, что «Белому» (как называли таинственного незнакомца бандиты) было нужно, грабители не нашли, удовольствовавшись несколькими ценными безделушками. Теперь же внимание «Белого» и его подручных было нацелено на посланников Гонеллы – разбойники собирались напасть на гостиницу, где остановились уважаемые сеньоры, с целью завладеет книгами. И, судя по всему, убить всех, кто хоть что-то о них знал. Все это выяснили Рената и брат Фома у мальчишки на побегушках, которого наняли «присматривать» за искателями Панацеи.
    Дитрих, посоветовавшись с Домисьеном, пришли к выводу, что наилучшим решением будет подготовиться к нападению и устроить засаду, сообщив о грядущей опасности также Маркусу и Старшему Брату. Нападение оказалось на удивление массовым и жестоким. Погибло не менее 12 разбойников, с тяжелыми ранениями был захвачен их лидер, Черный глаз. Белому удалось бежать, но за ним в погоню отправился Маркус. Искатели отделались легкими ранами, дневники Тринадцати были спасены.

    Тем временем, стоило поторопиться и нанести визит в университет – профессор Басси обещал, что вечером, по окончании голосования за прорелигиозные реформы, сопроводит своих новых знакомых на виллу Бригетти. Но храм науки встретил гостей ужасной новостью – во время вечерних занятий произошло убийство. В своем кабинете был найден мертвым брат Абель. Возможно, этот случай списали бы на смерть от старости, если бы перед кончиной монах не стонал и не хрипел «словно сам дьявол разрывал ему нутро» (так, что через открытое окно услышали даже в классной комнате этажом выше). Профессор Руфин, которому доверили установить причину смерти брата Абеля, не смог вынести однозначного заключения, потому пришлось вмешаться Микеле, которая довольно скоро поняла, что монах был отравлен белладонной. Все указывало на то, что яд был принят через пищу, вероятнее всего, незадолго до смерти. Профессорский состав был шокирован этой новостью: все указывало на то, что монаха отравила профессор Бригетти – она последняя готовила тому чай. Более того, у Елены Альбы были причины недолюбливать служителя церкви – тот очень не любил женщин и яро агитировал за реформу университетского образования. Если профессор Бригетти была виновна в убийстве, ее голос терял силу, и консерваторы получали перевес в голосовании.

    Требовалось срочно провести расследование убийства «за закрытыми дверьми» - ректор не желал привлекать городскую стражу и предавать огласке события, способные повлиять на репутацию университета. Франческа и брат Фома провели обыск кабинета брата Абеля – оказалось, что у монаха был небольшой тайничок, содержимое которого (нечто небольшое, прямоугольной формы) пропало. Рената и Микела, присмотревшись к студентам, поняли, что те знают больше, чем говорят и, разыграв небольшое представление, вынудили тех сознаться. Оказалось, что один из учащихся желал усыпить брата Абеля, чтобы покопаться в кабинете (молодой человек проигрался в карты и взялся за «заказ» от Белого, интересовавшегося изысканиями священнослужителя), для чего утащил из комнаты своего товарища пузырек с настойкой опия. Но вместо «макового молока» во флаконе оказался яд белладонны. Но приятелю неудачливого игрока, обеспеченному молодому человеку из Севастополя, излишнее внимание к собственной персоне было совершенно не нужно, потому молодой человек предложил Микеле сделку: виновным признают какого-нибудь слугу, перепутавшего яд с лекарством монаха, а молодой турок, если потребуется, окажет посланникам Гонеллы любую помощь. Несмотря на то, что молодой человек, явно, что-то скрывал (Дитрих заметил в его комнате устройства для шифрования и какие-то записки на арабском, а Франческа вспомнила, что видела юношу на одном из приемов в Гренадском султанате), сделка состоялась.

    Обрадованные подобным исходом, профессора и ректор поспешно принесли сеньоре Бригетти свои извинения и отправили измученную долгим днем даму домой. По итогам голосования Болонский университет остался формально независимым от церкви Авиньона. Больше всего, судя по всему, этим был недоволен профессор Руфин. Когда посланники Гонеллы покидали университет, итальянец сильно нервничал. Также в одном из оконных проемов здания промелькнул странного вида мужчина (возможно, не человек), которого ректор назвал "гостем Руфина".
    Тем временем Рената и брат Фома, получив от оглушенного своей ошибкой студента описание места передачи записок монаха, что были получены из тайника, затаились в ожидании посредника. Им оказался не Белый, как хотелось думать, а некий итальянец бандитского вида. Брат Фома сумел помешать посланнику забрать книгу, более того, преследовал негодяя по улицам город, пока тот не скрылся в одном из публичных домов на окраине. Переступить порог вертепа монах не решился, поручив выяснить все необходимое Старшему Брату.

    На вилле Бригетти искатели Панацеи довольно быстро (не без помощи хозяйки дома) обнаружили тайник – нишу, в которой Антонио и Елена в детстве прятали книги и свечи, чтобы читать по ночам («библиотека с полумесяцем»). Там нашлись недостающие 5 томов, что оказалось крайней удачей, ведь к тому времени Франческа помогла Антонио установить основной шифр, которым Тринадцать алхимиков скрыли свои записи. Использовалась хитрая комбинация из мальтийского шифра (аналогом является шифр Бэкона) и книжного. По сути, дневники являли собой списки цифр (указания страницы, строки и слова в строке), по которым на основании иной книги можно было составить осмысленный текст. К сожалению, общее убеждение в том, что наиболее удобной для шифрования является Библия, оказалось ошибочным. Видимо, авторы дневников опирались на иной текст. Какой именно, установить не удалось.

    По окончании трудного дня, было решено сменить место жительства – Старший Брат помог искателям Панацеи устроиться в ночлежке на окраине, где проживали они с Маркусом. Сам Маркус был тяжело ранен, но, по его словам, пострадал не напрасно – Белый был убит.

    Но этот пугающе странный вечер не был таковым в полной мере, если бы не пугающее видение, что обрушилось на Франческу, Ренату, Дитриха и Микелу, когда они вошли в базилику Санто-Стефано, желая узнать, куда Старший Брат перевез сеньора Антонио и книги. Причудливые, фантасмогоричные обзразы и формы наполнили сознание искателей. Источник их и подлинный смысл искатели так и не смогли установить. А брат Фома, к всеобщему удивлению, вообще ничего не увидел.

    На следующий день вместе с торговым караваном посланники Гонеллы направились в Пизу, куда благополучно прибыли через пять дней. Город встретил их ярким весенним солнцем, а также таинственным посланием, написанным явственно женской рукой на гербовой бумаге королевства Сардинии: «Я хочу знать, на кого вы работаете. Думаю, мы сможем оказаться полезны друг другу. Если желаете встретиться, оставьте письмо в банке на имя сеньора Пикколо Фаворе».
    Последний раз редактировалось LaroS; 31.01.2018 в 00:00.

  4. #4
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    По умолчанию

    Серия 3. О "Великом делании", осаде Витербо и беспокойном кладбище.

    Участвовали: Рената Гьерини (Lorimo), Даниэл Ортего (Desp), Джованни Гискалли (Хан), Леопольд Лунцберг (Лезер), Дитрих фон Рихтгофен (Ilerien)

    Празднества в честь Светлой Пасхи еще не закончились, а искателям панацеи пришлось вновь собираться в дорогу. В этот раз волею судеб им предстояло посетить Витербо – один из свободных фоедов в «землях беззакония». В Виитербо назначил встречу некто Круччи, торговец-контрабандист, разыскавший по просьбе сеньора Гонеллы книгу «О Великом делании» за авторством Гебера. Этот том, ставший стараниями церкви в последние годы чрезвычайно редким в печатном виде, являлся ключом к дневникам Тринадцати, и важность его в деле поиска Панацеи трудно было переоценить.

    Вечером 26 апреля с пристани Пизы отчалил корабль, на борту которого находились сеньора Рената Гьерини, сеньор Даниэл Ортего, сеньор Джованни Гискалли, сеньор Леопольд Лунцберг и благородный сеньор Дитрих фон Рихтгофен. Два дня спустя в третьем часу их судно причалило в порту близ деревушки Чивитавеккья. Утомленные дорогой, искатели решили отправиться в путь следующим утром, и заодно узнать о возможных опасностях, подстерегавших странников по дороге на Витербо.

    По словам местного общительного портового пьяницы, в Витербо было довольно спокойно. Дож города несколько лет как умер от Чумы, а на его место посадили выбранного народом наместника по имени Джованни Спинелли, бывшего командира вольнонаемнического отряда и просто бандита. Судя по тому, что массово из города не бежали, если Спинелли и обирал народ, то делал это с умом и чувством меры. Впрочем, это не избавило его от конкурентов – две-три недели назад в Чивитавеккья и окрестностях мелькал некто, называвший себя «Черным бароном», непризнанным сыном умершего дожа, «законным наследником» Витербо. «Барон» собирал армию с целью «восстановления попранных прав и справедливости», и немалое количество лихих ребят ушли следом за ним. Услышанное очень не понравилось Леопольду и Джованни, и они, желая узнать последние новости о событиях в Витербо, направились в местную голубятню. Пожилой смотритель не смог добавить ничего, чего не знал бы забулдыга из порта, разве что уточнил, что из Витербо давно не возвращались птицы.

    Тем временем, попрощавшись с Ренатой, рано отправившейся спать, Дитрих и Даниэл проводили время в компании пузатых кружек пива. Но их безмятежный вечер был нарушен появлением пожилого еврея, который, после краткой беседы о целях и направлениях, попросил молодых людей сопровождать его в Витербо в качестве охраны. Авраам, так называл себя старец, вез с собой некий ценный груз, и очень беспокоился за его сохранность, в том числе и от бандитов, которые порой обирали путников на дорогах. Дитрих и Даниэл, не видя никакой опасности в лице старица, согласились взять того с собой, что очень не понравилось подошедшим к концу беседы Леопольду и Джованни. Подозрения в отношении торговца были настолько велики, что Гискалли даже прокрался в конюшню, чтобы осмотреть тюки на лошади еврея – в них обнаружились лишь деревянные ларчики с сильным приятным запахом, напоминавшим смесь цветов и ладана.
    Решив, что старик, наверняка, везет благовония для церкви, искатели смирились с временным пополнением в своих рядах и отошли ко сну.

    Большую часть следующего дня заняла дорога, все еще по-весеннему неустроенная. На третьем часу пути, спускаясь в долину с очередного холма, путники заметили в едва проступившей зелени подлеска впереди засаду. Решив, что убегать бессмысленно, Леопольд перестроил свой «отряд» наиболее удобным для боя способом. Тем временем Джованни, подобравшись под прикрытием кустарника к противнику, был готов в любой момент нанести смертельный удар излишне резвому или жадному грабителю.
    Как только четверо искателей и торговец спустились в долину, над их головами просвистели стрелы, а дорогу перегородили крепкие парни – вчерашние крестьяне – с дубинками. Главарь банды, судя по доспеху и более внушительному вооружению, военный, объявил себя «командиром отряда под флагами Спинелли» и потребовал с проезжающих дорожные подати. Леопольд попытался запугать бандитов угрозами сообщить о неподобающем поведении отряда главе Витербо, но напрасно – главарь шайки тут же признался, что не имеет к Спинелли никакого отношения, просто использует его имя, чтобы обирать людей. Ретана попыталась разрешить ситуацию мирно и даже сумела достучаться до разума нескольких бандитов, но метательный нож Джованни, вонзившийся в шею главаря, определил исход переговоров. Началась битва. В жестком, отчаянном поединке лидер разбойников сумел нанести несколько глубоких ранений Дитриху. И, если бы не лекарское искусство Ренаты, продолжить путь тевтонцу было бы очень трудно. Леопольд, Джованни и Даниэл справились с большей частью разбойников, уцелевшие обратились в бегство. Главарь банды был сильно ранен и не мог последовать за своими людьми, став ценным источником информации о событиях в Витербо.

    Три дня назад к городу подошло войско «Черного барона». На открытой местности они здорово потрепали армию Спинелли, заставив тех отступить за стены города. В свое время Витербо являлся малой папской резиденцией, потому о том, насколько хороши укрепления и обеспечение города, говорить не приходилось. Так что Черный и его подручные, среди которых мелькал нечистый из Венгрии и еще какой-то «не совсем человек», встряли в долгую осаду, где у осажденных было явное преимущество.

    Среди искателей разгорелся жаркий спор, что же делать в таком случае: стать союзниками Черного барона и с его помощью проникнуть в город? Попытаться связаться со Спинелли и просить его участия? Или же искать иной путь пробраться в Витербо – по словам бандита, под городом были могильники «тех, кто жил до нас», куда по время Чумы скидывали трупы горожане. В конце концов, хотя многие и склонялись к мысли объединиться с Черным бароном, было решено пробираться в Витербо своими силами. За небольшую плату главарь бандитов обещал прислать «знающего человека», проносившего через могильник контрабанду.

    Ближе к вечеру, встретившись со своими провожатыми (их оказалось двое, Первый и Второй), искатели спустились в древние захоронения. Несмотря на уверения Первого, что «обычно мертвяков мало, если не шуметь», посланникам Гонеллы пришлось изрядно постараться, чтобы пробиться сквозь катакомбы. Проявить свои таланты пришлось всем и каждому: способности Даниэла к механике помогли справиться с запертыми дверьми, а его высокотехнологичный арбалет поразил множество противников; не менее эффективной оказалась и особая пистоль Ренаты, впрочем, еще больше спутникам пригодилось ее искусство лекаря; огромный мессер Лепольда крушил врагов направо и налево; неизменно находили свою цель длинные кинжалы Джованни; и не, смотря на свои ранения, Дитрих с воистину рыцарским достоинством и упорством выходил на первую линию сражения, защищая своих товарищей. Когда битва достигла своего апогея, даже Авраам, до того остававшийся в стороне, в некотором смысле «принял участие» - старец передал искателям реликвию, наполненную манной, с помощью которой удалось победить самого крепкого из противников – одержимого рыцаря.

    Оказавшись в Витербо, искатели попрощались со своими провожатыми, а вскоре и с Авраамом (в тот момент, когда старец уже собирался уйти, Рената и Дитрих вновь увидели ту же картину, что померещилась им в церкви в Болонье). Оставалось лишь найти в Витербо сеньора Круччи и забрать книгу, что удалось сделать без особого труда: Джованни и Леопольд довольно быстро сориентировались в городе и, расспросив местных, узнали, где живет нужная персона. В то же время Рената и Дитрих отправились в резиденцию Спинелли с визитом вежливости, в ходе которого узнали о готовящемся контрударе Витербо: лазутчики главы города собирались взорвать прибывший в качестве подкрепления обоз с порохом для пушек, и на фоне общей паники провести стремительную атаку. Вместе с тем из докладов лейтенантов Спинелли стало ясно, что кроме искателей в город удалось пробраться кому-то еще «неизвестному с всклокоченными черными волосами в черном плаще», стража преследовала его, но потеряла где-то возле кладбища. Когда же посланцы Гонеллы вновь собрались вместе в гостинице, где сняли комнаты, они узнали, что, пока товарищи отсутствовали, на Даниэла, пытавшегося забыться в компании местного эля, напало нечто. Существо, изначально имевшее облик темноволосого мужчины с темными растрепанными волосами в черном плаще, превратилось в белокожего монстра с красными глазами. И, кажется, это существо читало мысли Даниэла. Механик был необычайно шокирован случившимся, но сумел припомнить, что уже видел ранее подобное создание – на фресках в могильнике, через который путешествовали искатели. На прощание исчадие Ада сказало лишь: «Даже если вам помогает святой, этого недостаточно», - и исчезло. Хозяин гостиницы, все это время наблюдавший за Даниэлем, смог сказать лишь, что в таверну заходил мрачного вида мужчина, он таращился на Даниэля, отчего тот стал пятиться к стенке, после чего незнакомец будто растворился в воздухе.

    Получив у сеньора Круччи книгу, искатели оказались перед нелегким выбором: ничего не стоило покинуть город следом за контрабандистом, предоставив жителям Витербо возможность самим разбираться с последствиями войны. Но Джованни и Рената настаивали на том, что любая попытка использования Чумы как оружия – это «их дело». Дитрих, Леопольд и Даниэл долго сопротивлялись, но, в конце концов, было решено отправить механика с книгой за город вместе с Круччи, а остальным попытаться сорвать диверсию темноволосого колдуна. Тот вскоре обнаружился на кладбище, где раскапывал могилы и поднимал трупы – знающие о Чуме почти мгновенно опознали в нем Тирана. Посланники Гонеллы вступили в неравный бой с толпой одержимых и одержали славную победу. К сожалению, или к счастью, сам тиран сумел скрыться.

    В это время войска Витербо, чей поджег порохового обоза удался, ринулись на штурм. В начавшейся суматохе покинуть город не составило большого труда.

    Важный итоги для внешнего мира:
    • В письме к Орланди сообщили о снабжении венграми мелких феодалов в землях беззакония, а также об их сотрудничестве с "сомнительными личностями" (тираном).
    • Витербо устоял, войско Черного барона было рассеяно, сам претендент отступил в одну из крепостей в окрестностях. Но вряд ли он соберет силы для удара в течение ближайшего года.
    • Один из пленных из числа личной охраны Черного барона подтвердил, что тиран появился в Витербо не случайно - это была плановая диверсия (мертвецы должны были избавиться от военных и посеять панику, чтобы пробить осаду). В город ему помог пробраться кто-то из "бывших учеников".
    • Даниэл смог довольно точно воспроизвести фрески и текст, что их сопровождал.

      Фрески


    Видение
    Последний раз редактировалось LaroS; 14.02.2018 в 20:57.

  5. #5
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    По умолчанию

    Серия 4. О торговом договоре итальянских феодов и невесте с богатым приданым.

    Участвовали: Алонзо делла Ровере (DOBRIY_DOKTOR), Антонио Гатти (Mimitroll), Франческа Бертолуччи (Сильвингвен), брат Фома (Booky)

    В последние дни апреля искатели Панацеи получили от главы Пизы, сеньора Винсенте дель Боско, приглашение на традиционный пасхальный обед, где представители наиболее доходных младших гильдий могли бы обзавестись выгодными знакомствами, а также выказать уважение своим покровителям.
    Следует отметить, что сеньор дель Боско счел уместным приурочить прием для младших гильдий к обновлению положений торгового договора между Пизой, Флоренцией, Салерно и соседними островными государствами, к числу которых принадлежали Сардиния и халифат Сицилии. Потому во дворце глав города посланники Гонеллы встретили чрезвычайное пестрое и разнообразное общество. Пребывая в некоторой растерянности, смущенные богатством обстановки и изысканностью собрания гостей, сеньора Фраческа Бертолуччи, сеньор Антонио Гатти, сеньор Алонзо дела Ровере и брат Фома вошли и в приемную залу.

    Единственным из искателей, не считая сеньора Орланди, кто хорошо представлял свою цель на этом вечере с самого начала, был сеньор Алонзо. По просьбе друга семьи – господина Жака Дюпона из Болоньи, он должен был повлиять на возможность заключения брака сеньорой Розиной Алессандро – богатой наследницей торговой компании. Дюпон и его партнер, сеньор Алессандро, планировали поженить своих детей, дабы упрочить их предприятие. Но, в какой-то момент компаньон господина Жака умер, а единственная наследница фамилии поспешила отбыть в Пизу к тетушке, где занялась поисками жениха. Приданое, которое числилось за девушкой – восемь отменных, прекрасно оснащенных кораблей, - могло стать слишком лакомым кусочком для иноземцев, потому господин Дюпон, блюдя свои патриотические и финансовые интересы, обратился к Алонзо с просьбой оказать посильное влияние на выбор юной и неопытной Розины и оставить богатство Алессандро в Италии.

    Поскольку сеньор Алонзо не был готов связать себя узами брака, сеньор Антонио с помощью сеньор Франчески попытался привлечь внимание Розины. И это ему удалось. Но довольно скоро юного алхимика постигло разочарование: девушка оказалась ужасно легкомысленной и поверхностной, жадной до мужского внимания и способной забавы ради спровоцировать благородных сеньоров на борьбу за очередной знак благосклонности. Возможно, искатели отказались бы от своего плана завоевать сердце Розины, если бы среди претендентов на наследство Алессандро не фигурировал таинственный венгр из рода Ороз. Отдавать богатства Италии в руки империи нечистых сеньор дела Ровере и сеньора Бертолуччи отказывались, в то время как сеньор Антонио оказался куда больше заинтересован в скучающей тетушке юной Розины.

    И, Господь знает, не оказался ли бы Алонзо из-за своего желания помочь господину Дюпону женатым человеком, если бы посреди вечера не разгорелся скандал. Представители делегации Сардинии в ультимативной форме потребовали от торгового союза принять в свои ряды Венгрию, что вызвало волну негодования, в первую очередь, у представителей Флоренции, опасавшихся соперничества венгров. Прочие сторон договора, включая, совершенно неожиданно, халифат Сицилии, попросили дать им несколько часов на обсуждение и согласование решения. Сеньор Орланди пребывал в сомнениях относительно верности подобного хода для итальянских феодов в долгосрочной перспективе. Венгры, очевидно, пытались найти законные способы расширить свое влияние, в том числе и в землях межу Пизой и Салерно. Учитывая происходившее в Витербо, это могло стать подготовкой к полномасштабной интервенции. А если империя нечистых заручится поддержкой Сардинии (которая была совсем не против экспансии, учитывая количество наследников у королевы Элеоноры) и Сицилии (чьи военные силы были также велики), Пиза и ее соседи могли оказаться зажатыми в клещи. Но многие, включая главу Пизы, закрывали глаза на долгосрочную угрозу, ведь в краткосрочной перспективе включение венгров в торговый союз сулило баснословные прибыли. Потому, прежде чем принимать какое-либо решение, сеньор Орланди попросил своих помощников собрать больше информации об интересах различных сторон в этом соглашении.

    Как удалось установить совместными усилиями сеньору Алонзо и брату Фоме, неожиданный нейтралитет делегации Сицилии объяснялся молчаливым невмешательством главного противника сотрудничества с нечистыми – военного министра Исы ибн Хамида. Оказалось, что Иса сам стал нечистым, причем, обстоятельства его заражения говорили о намеренном отравлении Чернилами. Проникновенные речи брата Фомы, пережившего столь же болезненный опыт, а также информация о событиях в Витербо, помогли могучему войну расправить плечи и выступить против «тех, кто сотрудничает с тиранами – монстрами во плоти».

    После непродолжительной беседы с неформальным лидером делегации Салерно, Иаковом Бен-Аароном, сеньора Франческа узнала, что не один господин Орланди осознает риск сотрудничества с венграми. Но, долгое время призывавшие феоды Италии к объединению, сплоченности и освоению земель беззакония, Салерно в настоящий момент желали проучить зазнавшихся Флоренцию и Пизу. Впрочем, взамен на финансирование проектов по освоению земель беззакония и помощь специалистов в экспедициях к Городам Смерти, господин Бен-Аарон был готов выступить против союза с Венгрией.

    В делегации Сардинии наблюдался ярко выраженный конфликт интересов. С одной стороны выступала сеньора Николетта Сарто (именно она озвучила предложение о включении Венгрии в торговый союз). С другой находился герцог Романо – один из трех старших сыновей королевы Элеоноры, претендент на престол островного королевства. Герцог Романо неоднозначно относился к сотрудничеству с венграми, но вполне был готов использовать их в качестве козырной карты, чтобы упрочить свое положение и повысить свои шансы на получение короны. Осознавая все риски (включая островное положение своих владений, зависимых от экспорта тканей и зерна), он был готов отказаться от союза с империей нечистых в обмен на гарантии от феодов Италии, что пираты перестанут нападать на корабли у северных границ. И даже обещал оказать искателям ответную услугу. Предложение выглядело настолько заманчивым, что Франческа и Алонзо сообщили о нем сеньору Орланди, вокруг которого витали слухи о связях с отчаянными морскими головорезами. Истинное положение вещей оказалось куда как печальным: Орланди не просто был причастен к нападениям на корабли Сардинии, фактически, он их координировал по приказу сеньора дель Боско, являясь, по сути, корсаром. Понимая всю выгоду условий Романо, сеньор Орланди ответил согласием на предложение герцога Сардинии, обещая донести соответствующие приказы до своих людей, более того, предоставляя в качестве гарантии уникальную украшенную рубинами шпагу и шляпу, в которой он сам (и его протеже) участвовал в налетах под именем «Красный корсар». Подобное решение чрезвычайно не понравилось сеньору дель Боско, который объявил, что лишает Орланди поста главы малой гильдии и изгоняет того из города.

    Тем не менее, торговый договор был обновлен, венгры не получили своего места на Средиземном море, и вечер вполне мог бы закончиться торжеством, если бы не загадочная «болезнь» приключившаяся с сеньором Гатти. Почувствовав вскоре после пиршества легкое недомогание, усиливавшееся с течением времени, алхимик понял, что был отравлен. Личность отравителя удалось установить довольно быстро – им оказался один из членов делегации Салерно, Ахрам ибн Заки. Тот обвинял алхимика в убийстве госпожи ибн Заки и требовал раскаяния, которого, впрочем, не дождался. Прибегнув к медицинским знаниям Алонзо, а также к помощи проворных рук Маркуса, Антонио удалось получить образец яда и составить противоядие из имеющихся под рукой реагентов. Более того, хитрый алхимик вынудил Ахрама публично признать попытку убийства, и только вмешательство прочих представителей Салерно не позволило разразиться нешуточному скандалу.

    Еще одним неожиданным следствием общения сеньора Гатти с делегацией Салерно стало нешуточное волнение в рядах представителей султаната Сицилии. Представитель финансового ведомства, случайно заметив в толпе Маркуса, едва не упал в обморок, после чего срывающимся от волнения голосом заявил своим спутникам, что видел в зале «призрак наследника».

    Лишь под занавес вечера искателям удалось разрешить самую неразрешимую проблему – вопрос с замужеством Розины Алессандро. В круг претендентов на ее руку был включен сеньор Марино, помощник Орланди, бывалый капитан. Не без помощи Алонзо, Антонио и Франески Марино сумел произвести на романтичную девушку должное впечатление, представ своего рода «благородным разбойником», и, таким образом, спас ее богатства для собственной выгоды и блага Пизы. Жан Дюпон остался при своем предприятии в качестве главного управляющего, чего желал более всего.

    В то время как знатоки светских манер и мастера плести кружево утонченной беседы обговаривали последние положения торгового договора, брат Фома столкнулся едва ли не с «дьяволом во плоти», сеньорой Николеттой Сарто. Эта настойчивая хитрая женщина, очевидно, в некотором смысле осведомленная о связи между деятельностью Младшей гильдии травников и приговором Тринадцати, пыталась выведать у монаха все подробности (в особенности ее интересовала персона Гонеллы). С трудом удерживаясь от греха лжи, брат Фома сумел дать отпор сеньоре Сарто, которая, в свою очередь, обещала, что эта встреча была отнюдь не последней.

    Окончание насыщенного светского раута оставило горькое послевкусие: война на побережье Италии была лишь вопросом времени. Кто нападет первым? На чьей стороне окажутся искатели? Можно ли остаться в стороне? Многие вопросы предстояло решить благородным сеньорам по пути в Салерно.

    Важные итоги для внешнего мира:
    • Венгры не были включены в торговый союз. Их влияние в регионе не будет расти.
    • Николетта Сарто, лишившись поддержки герцога Романо, на некоторое время исчезла с политической арены.
    • Флоренция согласилась профинансировать несколько походов на земли беззакония с целью укрепления позиций феодов Италии и создания устойчивой системы сообщения между севером и югом.
    • Искатели Панацеи были вынуждены покинуть Пизу и переехать в Салерно.
    • Франко Орланди, судя по всему, является самозванцем.
    Последний раз редактировалось LaroS; 24.02.2018 в 23:46.

  6. #6
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    По умолчанию

    Серия 5. О проклятье города Рошиньо и многорукой богине из Сально.

    Участвовали: Алонзо делла Ровере (DOBRIY_DOKTOR), Леопольд Лунцберг (Лезер), Франческа Бертолуччи (Сильвингвен), брат Фома (Booky), Рената Гьерини (Lorimo)

    Прошла первая неделя мая, и отважные искатели с попутным ветром отправились в город Салерно, где им предстояло прожить следующий месяц, исполняя проект уважаемого Иакова Бен-Аарона по присоединению Земель Беззакония. Путешествие по морю оказалось на редкость спокойным и благополучным, настолько, что самым запоминающимся событием в плавании оказался тренировочный поединок между сеньорой Бертолуччи и сеньором Лунцбергом, к сожалению многих завершившийся ничьей.

    Авраамическая республика Салерно удивила прибывших своими нравами и порядками, в особенности необходимостью регулярно посещать одну из трех городских церквей. Самыми громкими были жалобы сеньора дела Ровере, но даже он вскоре понял, что храмовые службы для жителей Салерно не столько возвышенное служение, сколько лишний повод для светской беседы.
    Куда более гнетущее впечатление на искателей произвела выставленная на всеобщее обозрение отсеченная голова Ахрама ибн Заки, одного из представителей Салерно на встрече в Пизе по вопросам торгового договора. Уважаемый Бен-Аарон не был расположен обсуждать смерть своего «брата по вере» и, судя по всему, старого друга. Он сказал лишь, то ибн Заки совершил преступление против Бога и стал предостережением для всех, кто мог замыслить подобное в будущем.
    Вечер искатели провели в особняке дальней родственницы Бен-Аарона по имени Руфь, где им предстояло квартироваться ближайший месяц. Хозяйка дома оказалась крайне общительной и дружелюбной женщиной, вдовой итальянского художника, что работал во многих крупных мастерских, в том числе в Пизе и Флоренции. Руфь с нескрываемым удовольствием слушала сплетни с Севера и делилась историями Юга. К удивлению искателей, женщина оказалась довольно хорошо знакома с семейством Орланди. Она рассказала об Орланди-старшем (Гаспаро Орланди) и его сыне, обвиненном в ереси, осужденном по делу Тринадцати (Франциско Орланди). Франциско Орланди не был женат, но жил вне брака с некой сицилийкой, турчанкой по имени Хатидже. Незадолго до ареста молодой человек прислал в дом отца письмо, в котором признавал своим наследником любого человека, способного доказать свое родство с Хатидже (судя по всему, этим и воспользовался Франко Орланди, чтобы получить положение в Пизе). Гаспаро отрекся от сына, но не отрекся от внуков. Словоохотливая Руфь еще долго говорила о том, что Франко Орланди был совершенно не похож на своего так называемого «отца», не говоря уж о «матери», зато внешностью и манерами, точно зеркальное отражение, повторял Гаспаро Орланди. К несчастью, ни одного своего ребенка, кроме Франциско, Орланди-старший в бумагах не упоминал.
    Вдова художника даже показала миниатюрный портрет Хатидже, нарисованный покойным мужем – сицилийка была редкостной красавицей, и многие деятели искусства готовы были писать ее бесплатно. Некоторым искателям черты лица возлюбленной Франциско Орланди – цвет и форма глаз, линия скул и бровей, - показались знакомыми. Нечто подобное они наблюдали, когда сеньора Рената Гьерини снимала свой грим.

    Портрет Хатидже

    Долгим вечером, окончившимся с последней догоревшей свечой, обсуждалось еще многое: последние новости Салерно (смена главы мусульманской общины после смерти Ахрама), слухи о возможной войне в Италии, происхождение Чумы, страшные истории о войне с мертвецами. Лишь за полночь искатели смогли добраться до своих комнат.

    Первый день в Слрно был отведен сеньором Гонеллой для отдыха и знакомства с местной культурой (в том числе, для посещения церкви), а уж следующим утром искателям предстояло отбыть в деревеньку Сально под Рошиньо, где, согласно предположениям ученого, находилась секретная лаборатория Тринадцати.
    О Рошиньо в Солерно ходило множество разных слухов, большая часть которых сводилась к одному – город был проклят с момента основания. Во время первых 40 лет Чумы погибло едва ли не восемь десятых жителей города. Когда же его удалось очистить от Чернил и заселить, каменные стены едва не были смыты селями. После того, как окрестные холмы укрепили и засадили соснами, на город напала крупная банда разбойников, жертвами которых стала добрая половина жителей. И хоть силами Салерно и прочих соседей, бандитов удалось извести, возвращаться в «гиблое место» жители не собирались. Двадцать лет назад Рошиньо был заброшен окончательно, и если кто и обитался в пустых стенах его под дырявыми крышами, честными людьми назвать их было нельзя.
    Мародеры непрестанно нарушали покой мертвого города. Один из «лихих парней» за кружкой эля в таверне и рассказал Леопольду историю о бесславном бегстве последней банды из Рошиньо. Те, кто ночевали в городе, в прямом смысле слова, сходили с ума: им чудились постоянные шаги за спиной, скрипы, шорохи, иногда голоса и стоны. А в полнолунье и того хуже – из теней и лунных бликов являлись страшные бесы и мерзкие ведьмы. Настолько пугающие и отвратительные, что даже главарь – человек прошедший не одну войну, решил бежать из города.
    Во время следствия по делу Тринадцати отряд инквизиции приходил в город-призрак для поисков тайной алхимической лаборатории, но вернулся ни с чем: ни следов деятельности алхимиков, ни порождений Чумы или призраков на руинах Рошиньо обнаружено не было.
    Сально, ближайшая к Рошиньо обитаемая деревенька, славилась своими тучными стадами коз, которые, особенно в последние годы, множились день ото дня. Возможно, потому, что крестьяне каким-то образом научились отпугивать волков, населявших окрестные леса. Сами же жители Сально горожанам Салерно казались слишком уж замкнутыми и ограниченными, запертыми в своем мирке, точно козы в загоне, потому большой симпатии горожане к ним не испытывали. Но привозимый на ярмарку скот неизменно скупали.

    Поиски лаборатории Тринадцати вполне могли обернуться сражением с призраками, но это не остановило искателей и следующим утром, на рассвете, они направили своих лошадей по дороге в Сально. Впервые в путешествии Гонелла сопровождал своих посланников.

    Деревенька встретила гостей малоприветливо – первым попавшимся на глаза путникам сооружением оказалась церковь, нуждавшаяся в ремонте, отстоявшая от ближайших домов едва ли не на четверть мили. Желая побольше узнать о Сально и его обитателях, искатели решили познакомиться с местным священником, отцом Адольфом. Впрочем, как выяснилось в стенах церкви, некоторые из прибывших в Сально успели свести знакомство со священником ранее, при довольно странных обстоятельствах. Отец Адольф оказался хорошо знаком с сеньором Леопольдом, а также с наставником сеньоры Ренаты, мастером Сандро. Последнее оказалось тем изумительней, что сеньор Сандро был тем самым алхимиком, одним из Тринадцати, что сумел сбежать от инквизиции Франции и Тевтонии. Не без помощи отца Адольфа, который придерживался о выдающемся механике не лучшего мнения, но все же считал того своим близким другом. Но это не объясняло, почему Сандро направил Ренату именно к своему знакомому.

    После долгих расспросов, отец Адольф нехотя раскрыл свою тайну: он принадлежал к ордену Искариотов, который многие поколения хранили секрет «Большого древа» – линии родов, восходивших к великим Царям древности, царям-чудотворцам, тем, что прозревали будущее и лечили страждущих наложением рук. В свое время внутри ордена наметился конфликт: большинство придерживались мнения, что тайна должна оставаться тайной во веки веков – слишком много зла она могла причинить, попав не в те руки, меньшинство ратовало за открытие секрета «Древа» миру. Отец Адольф оказался на стороне проигравших и был вынужден скрываться. Провинциальный Сально стал своего рода убежищем для старого шпиона.

    Узнав о том, что его новые знакомые собираются остановиться в Сально и посетить Рошиньо, отец Адольф попросил тех был очень осторожными. Местные жители, хоть и вели внешне праведную и богобоязненную жизнь, по словам священника, хранили некий темный секрет. И регулярно наведывались в Рошиньо, яко бы, чтобы набрать камень для построек. В какой-то момент отец Адольф был почти готов поверить в разыгравшееся воображение, если бы не странная гравюра с изображением не то ведьмы, не то демона, выпавшая из-за иконы в одном из домов. Крестьяне утверждали, будто даже не видели, что там нарисовано, просто нашли старый пергамент в городе и приклеили к доске иконы «чтоб не царапалась».

    Гравюра

    Искатели, решив, что разобраться с ересями деревушки в их же интересах, обещали оказать отцу Адольфу посильную помощь. Весь отряд, кроме Гонеллы, который своим внешним видом мог привлечь слишком много внимания, разбившись на две группы (Франческа с Ренатой и трое мужчин), направился в Сально.

    Остановившись на ужин в местном трактире, искатели вскоре получили желаемое – последние слухи и сплетни. Оказывается, уже несколько лет из деревни пропадали люди (яко бы пропадали в лесу, становясь жертвами волков). Последней исчезла дочка местной знахарки, Клары. Но т.к. девушка исчезла вместе с одним из приезжих пастухов, все утверждали, что та просто сбежала из-под крыла излишне строгой матери.
    В шуме голосов едва не затерялось бормотание деревенской бабки-пропоицы, твердившей брату Фоме, будто староста возглавляет некий культ, поклоняющийся «демонице», отвергая «старую богиню», «Смотрящую за посевами». Последнюю, со слов старухи, можно было увидеть летом в полнолуние в полях. Судя по реакции местных, бабка так всем надоела своими россказнями, что от нее решили избавиться – отправить в какой-нибудь монастырь для душевнобольных.
    Историю про культ полностью подтвердил младший сын Клары, изрядно перебравший вина из фляги Алонзо. Как оказалось, знахарка сама отдала некой «богине» свою дочь, потому что девушка была «избранной». Подробностей деятельности культа парнишка не знал, т.к. был слишком юн для участия в ритуалах, но одно мог сказать совершенно ясно – поклонники «богини» собирались в Рошиньо.
    После услышанного искатели решили узнать о знахарке побольше, для чего взломали замок на двери ее комнаты. В небольшом алькове среди книг по медицине и гербалистике обнаружился трактат о демонах и им подобных созданиях, среди которых особо выделялась Лилит – первая жена Адама, жестокая и кровожадная ведьма, способная отводить глаза, внушать мысли и образы, а также создавать демонов, подобных себе.

    Поняв, что ересь, охватившая Рошиньо, это просто не безобидные заблуждения крестьян, искатели решили разделиться: Франческа и брат Фома направились к церкви, чтобы предупредить отца Адольфа и Гонеллу; Рената вместе с Алонзо осталась в доме знахарки, притворившись одержимой видениями, чтобы узнать побольше о деятельности культа; Леопольд же вернулся в таверну, чтобы проследить за чудной старухой – та собиралась в поля на встречу со «Смотрящей за посевами».
    Гонелла был крайне взволнован вестями из Сольно, словно в этом было что-то личное. Вместе с братом Фомой они направились в Рошиньо, чтобы организовать засаду для культистов. Тем временем, узнав о яко бы «видениях» Ренаты, Клара попыталась опоить девушку сонными каплями, что ей почти удалось. В последний момент ученица Сандро смогла изобразить приступ и освободить свое тело от зелья, но решила доиграть роль жертвы до конца. Алонзо, к несчастью, не смог помочь своей спутнице – непререкаемая Клара выставила его за дверь. А Леопольд сквозь свежие посевы ячменя следовал за пьяной старухой навстречу неизвестности.
    Бесчувственную Ренату опустили в погреб и понесли куда-то подземным ходом. В это время в дом Клары приехала Франческа и, не увидев своей подруги, сильно удивилась. Вместе с Алонзо они, после долгих рассуждений, решили ехать в Рошиньо – если девушка предназначалась в качестве жертвы «демонице», ее должны были доставить на ритуал.
    Следуя за пьяной бабкой, Леопольд заметил, как из-за пригорка поднимались двое крестьян, старший из которых нес на плече Ренату. Подгадав момент, Леопольд напал на похитителей. В этом ему помог брат Фома, заметивший мужчин с «пленницей» из своего убежища. Вскоре к ним присоединились Франческа с Алонзо, и культистам был учинен допрос с пристрастием. Те, испугавшись меча Леопольда и сабель Франчески, во всех подробностях описали деятельность культа и «демоницу». Как оказалось, та была химерой. Именно она расправилась с волками в окрестных лесах, за что жители Сольно ее прикармливали. Некоторое время назад «демоница» начала требовать приводить к ней молодых людей (мужчин и женщин), чтобы сделать из них «подобных себе». Ей отдали даже священника – предшественника отца Адольфа.

    Искатели долго сомневались на счет подхода к таинственной химере – собирает ли она себе семью? Или армию? Следует ли идти с ней на переговоры? Или подобное создание должно быть немедленно уничтожено? В конце концов, было решено начать с переговоров, для чего Гонелла выдал всем странную вязкую серую субстанцию, способную расположить химеру к незванным гостям.
    Дождавшись, пока культисты, не дождавшись жертвы, разбегутся на поиски, искатели проникли в дом, где должно было пройти «жертвоприношение», где лицом к лицу столкнулись с созданием больного воображения алхимика Дино Фальцони, одного из Тринадцати. Как и обещал Гонелла, странная смесь подействовала – химера, которая называла себя «Соль», не убежала и не напала на незнакомых ей людей, даже согласилась провести их в «мастерскую отца» - место, где держал алхимик. Так искатели обнаружили тайную лабораторию, которую химер срывала с помощью своих особых умений влиять н разум людей. В лаборатории обнаружилось четыре других химеры, которые, в отличие от своей создательницы, не были разумны (обладали лишь звериными инстинктами). Большая часть книг и записок, оставленная Фальцони, оказалась бесполезной, а сохранившаяся у Соль порция амброзии – ничтожной. Но, изучая не относящиеся к науке бумаги алхимика, Гонелла высказал предположение, что вивисектор мог остаться в живых. Мало кто знал его в лицо, даже коллеги из числа Тринадцати, потому Дино вполне мог подсунуть Инквизиции вместо себя похожего человека.

    В конце концов, искателями пришлось решать, как поступить с Соль и ее созданиями. Можно было воспользоваться контактами Орланди и попытаться переправить их в Гранаду (да, жизнь в зверинце султаны – это не то, чего хотела Соль, но она хотя бы не осталась бы одна). Можно было нанять надежного человека, который бы присматривал за химерами (довольно рискованно и могло вызвать подозрение у властей Салерно, но оставался шанс на успех). Можно было оставить все, как есть (амброзии Соль хватило бы еще на 1-2 попытки, не более), полагаясь на случай. Рената считала, что смерть станет для Соль и ее «братьев и сестер» освобождением от страданий, и вскоре к ней присоединился Леопольд. Франческа выступала за переправку в Гренаду. Алонзо и брат Фома воздержались. И, таким образом, участь «детей» Фальцони была решена.

    Химера Соль

    Соль дали выпить «сладкой смерти», после чего, укутанная плащом Ретаны, она заснула последним сном на сваленных в груду книгах. Прочие химеры обрели быструю смерть под остриями клинков. Гонелла лично поджег лабораторию, после чего искатели вернулись Салерно.
    Последний раз редактировалось LaroS; 12.03.2018 в 12:38.

  7. #7
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    По умолчанию

    Серия 6. О Городе Скорби Неаполе и рубинах в подвале собора.

    Участвовали: Леопольд Лунцберг (Лезер), Рената Гьерини (Lorimo), сестра Тереза (Клевер), Бартоломео Мути (Licos)

    13 мая 1514 года от Рождества Христова из города Салерно на север в сторону Города Скорби Неаполя отплыл корабль, снаряженный по распоряжению одного из лидеров мусульманской общины, Амира ибн Рияда. На его борту находились трое благородных искателей Панацеи: синьора Рената Гьерини, синьор Леопольд Лунцберг и синьор Домисьен Прежан, - многое повидавшая и пережившая сестра четок по имени Тереза и отчаянный главарь наемнического отряда, Бартоломео Мути (не считая четверых добровольцев из числа городской стражи Салерно). Всем вместе, им предстояло найти в недрах города, кишащего мертвецами, потерянную реликвию – сосуд с кровью Святого Януария, – утраченную во время бегства жителей более 100 лет назад.

    Путь искателей с самого начала оказался полным опасностей. Едва лодка с посланниками Салерно вошла в прибрежные воды Города Скорби, на нее напали воющие угри. И лишь бесспорные таланты командиров отряда – Леопольда и Бартоломео - и мужество прочих участников похода позволили обойтись без жертв. На берегу живых уже поджидала толпа мертвых. С большим трудом искателям удалось проложить себе дорогу сквозь ряды порождений Чумы. Сильнее всего пострадал Бартоломео – зубы мертвеца вонзились в не прикрытую броней руку. Лишь везение позволило наемнику избежать заражения Чумой и отсечения конечности.

    В поисках безопасного места для передышки посланники Салерно столкнулись с маленьким мальчиком по имени Тулио, блуждавшим по улицам. По началу мужчины хотели прогнать ребенка прочь, как возможного разносчика Чумы, но чуткие к чужим бедам сестра Тереза и Рената не позволили этому случиться. В обмен на хлеб с сыром мальчик рассказал о происходящем в окрестностях: о своей опекунше, девушке по имени Эхо из Салерно (судя по всему, работнице борделя) и о мужчине в маске чумного доктора, который привез их в этот город; об огромном чудовище, что ходило вокруг самого большого храма; и о странных мусульманах, что поселились в крепости на острове и приютили у себя Тулио, когда тот остался один.

    В описании мусульманской общины искатели узнали членов секты суфиев (власти Салерно в лице Амира ибн Рияда предлагали значительную награду за голову их лидера, аль-Мухасина), а в описании чудовищного патрульного – химеру, созданную, вероятно, неизвестным вивисектором в маске доктора. К несчастью, эти знания не приближали отряд к цели похода. Не желая отпускать ребенка одного на улицы Города Скорби, сестра Тереза попросила того подождать в относительно безопасном доме, пока посланники Салерно не вернутся, после чего борцы с Чумой направились к собору.

    У стен храма отряд был атакован огромной стаей чумных крыс, которую с большим трудом удалось разогнать Ренате, Домисьену и Леопольду, в то время как остальные перебирались через ограду на территорию собора. Но шум, которым сопровождалась борьба с зараженными животными, привлек огромного монстра, о котором упоминал ребенок. Двухголовый гигант, с кем в росте едва могли сравниться трое взрослых мужчин, встав друг другу на плечи, оказался настолько ужасным, что двое солдат стражи бросились бежать, безвозвратно сгинув в глубинах Города Скорби. И пока Бартоломео и Леопольд восстанавливали прядок в отряде и готовили атаку, Домисьену пришлось принять удар на себя. С подачи Мути француз взобраться на стену, откуда, пользуясь преимуществами позиции, сумел нанести несколько значительных ран чудовищу. Когда же на помощь синьору Прежану пришел Леопольд, участь гиганта была решена.

    В то время как солдаты боролись с монстром, Рената и Тереза следили за происходящем во внутреннем дворе храма. И даже темнота ночи не позволила нечестивому вору, выглянувшему из окна на шум, скрыться от их глаз. Совместными усилиями Бартоломео, Терезы и Ренаты всех разбойников, занимавшихся разграблением Божьего храма, удалось поймать. Более того, удалось спасти их несчастливого соучастника, юношу по имени Витто, которого злодеи собирались использовать в качестве живой приманки для мертвецов, дабы обеспечить себе безопасный путь отступления. В одном из карманов Витто и обнаружился искомый сосуд с кровью – молодой человек и не подозревал, что нашел, припрятав от старших товарищей содержимое чьего-то тайника, случайно обнаруженного в подвале собора. В том же подвале, по словам неудачливого вора, был найдены месторождения странных красных кристаллов, похожих на необработанные рубины, в которых Рената безошибочно опознала кристаллизовавшуюся амброзию, наподобие той, что пользовалась «демоница из Сально». В том, что Город Скорби стал прибежищем вивисектора сомнений не оставалось.

    Пытаясь найти вход в его логово, отряд пустился в подвал храма, где обнаружилась старая усыпальница для некогда влиятельных граждан Неаполя и длинный темный тоннель, уходивший глубже под землю (из которого доносились пугающие стоны, на которые отважилась ответить лишь сестра Тереза и то, только раз). Увы, поиски показали лишь, что вивисектор с наибольшей вероятностью оборудовал себе лабораторию в одной из храмовых пристроек, но попасть в здание снизу не представлялось возможным. Выбравшись на поверхность, посланники Салерно столкнулись с ужасными арахнидами – полу людьми – полу пауками, - которых привлек шум и запах крови. А также с химерами, в которых превратились двое выживших грабителей (судя по всему из-за крошки амброзии, которой те надышались) .

    Расправившись с противниками, отряд был вынужден отступить столь спешно, что пришлось бросить даже добычу грабителей (о чем особенно сокрушался Бартоломео, до того долго спорившей с сестрой Терезой и Леопольдом, можно ли присвоить себе часть бывшего храмового имущества). Число преследователей искателей росло столь стремительно, что было решено с боем прорываться к пристани, отправив за Тулио, оставленным в заброшенном доме, несостоявшегося грабителя Витто. По дороге отряд потерял еще одного члена городской стражи. В большой опасности оказались Леопольд с Ренатой, которую наемнику пришлось нести на руках, и если бы не вмешательство странного существа, похожего на живую мумию, разогнавшегося часть серой орды, конец этой истории мог оказаться куда более плачевным.

    После короткого отдыха на судне отряд вновь вернулся в Город Скорби, но на этот раз их лодка держала курс на «замок на острове» (Касл-дель-Ово): искатели разумно предположили, что дети, поняв, что монстров слишком много, должны были направиться в самое безопасное место, что знали, в обитель суфиев. Краткой беседы с главой общины, аль-Мухасином, хватило, чтобы опознать в нем святого, не осознающего природу своих сил. Не найдя в себе желания и коварства, достаточного, чтобы ударить в спину старика, благородные искатели посоветовали членам общины перебраться в Рошиньо, подальше от властей Салерно. В благодарность за помощь (медицинские навыки Ренаты и Терезы помогли слепнущему аль-Мухасину частично вернуть зрение), глава общины позволил взять у себя немного крови для экспериментов. Тулио вместе с искателями вернулся в Салерно. Неудачливый разбойник Витто осталсяся суфиями.

    Важные итоги для внешнего мира:
    • Община суфиев покинула Город Скорби и перебралась в Рошиньо, жизнь аль-Мухасина была спасена.
    • Тулио пристроили в качестве слуги в дом одной из приятельниц Руфи.
    • Сосуд с кровью Святого Януария был торжественно внесен в стены кафедрального собора Салерно. Власти города, видя в этом «знак Божий», задумываются о полномасштабной компании по очищению Неаполя от мертвецов.
    • Амир ибн Рияд, будучи одним из претендентов на позицию главы мусульманской общины по вопросам внешней политики (пост покойного Ахрама ибн Заки), приобрел много сторонников.
    Последний раз редактировалось LaroS; 15.04.2018 в 10:11.

  8. #8
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    По умолчанию

    Серия 7. О таинственном исчезновении Джульетты делла Ровере и хозяйке чумных чудовищ.

    Участвовали: Леопольд Лунцберг (Лезер), Рената Гьерини (Lorimo), Бартоломео Мути (Licos), Алонзо делла Ровере (DOBRIY_DOKTOR), Даниэл Ортего (Desp)

    18 мая 1514 года группа искателей в составе синьоры Ренаты Гьерини, синьора Алонзо делла Ровере, синьора Бартоломео Мути, синьора Леопольда Лунцберга и синьора Даниэла Ортего выехала в сторону города Бари с целью нанести дружественный визит семейству делла Ровере.
    23 мая благородные синьоры прибыли в поместье Джованни делла Ровере, отца Алонзо, но очень скоро поняли, что в полной мере насладиться гостеприимством бывшего коменданта крепости Бари им не удастся. Синьор Джованни был крайне обеспокоен отсутствием вестей от своей старшей дочери, Джульетты, которая в сопровождении брата, Фаусто, и нескольких слуг выехала в сторону феода Трани для встречи с возможным супругом. Следовало отметить, что Джульетта не отличалась броской внешностью, потому даже достаточно внушительное приданое не привлекало молодых людей. Потому, когда к девушке посватался богатый торговец из Флоренции, делла Ровере почти сразу же согласились на смотрины, не смотря на то, что жених Джульетты был старше той на двадцать лет. По традиции перед свадьбой должна была состояться личная встреча, на которой принималось решение о помолвке. Жених Джульетты просил девушку подождать его в Трани, куда ее вызвался сопроводить старший брат, Фаусто. Молодые люди в сопровождении троих слуг выехали из замка со значительным запасом времени, но, хотя путь до Трани составлял не более полутора дней, а между городами регулярно ездили почтовые курьеры, уже трое суток Джованни не получал от детей вестей.

    Желая оказать помощь товарищу и гостеприимным хозяевам, искатели согласились принять участие в поисках пропавших. Следует заметить, что синьор делла Ровере уже отправлял слуг проверить придорожные трактиры, но ни в одном Джульетта или Фаусто не появлялись. О нападениях разбойников вдоль главного почтового тракта также не было слышно, тем удивительнее было бесследное исчезновение кортежа юной синьоры.

    Прежде, чем отправляться в дорогу, Рената осмотрела комнату девушки, где нашла тайный дневник. Оказывается, внешне очень скромная, тихая и богобоязненная девушка последние тайно вела поиски возможного убийцы своей старшей сестры, Элоисы. Ту накануне помолвки укусила невесть откуда взявшаяся чумная крыса, отчего наследница делла Ровере заболела и умерла. И хоть виновного не нашли, Джульетта была уверена, что происшествие не было случайностью. Девушка даже очертила круг подозреваемых, в который вошли дальние родственники семейства, так или иначе заинтересованные в перераспределении состояния богатейшего рода в Бари.
    Получив эти сведения, искатели укрепились в мысли, что девушка исчезла не случайно. Почти 5 дней они объезжали окрестные деревни и таверны в поисках сведений о пропавших, пока в одной из таверн не натолкнулись на словоохотливого курьера. Тот сообщил, что заметил группу, похожую по описанию на Джульетту и ее спутников, занятую беседой с неизвестной дамой в плаще в сопровождении нескольких охранников. Обыскав место встречи, внимательный глаз Даиэла Ортего приметил на земле женскую шпильку с навершием, похожим на герб одного из дальних родственников делла Ровере. За этого мужчину в свое время должна была выйти Элоиса. Тут же было принято решение навестить его замок: самого родственника уже не было в живых (он погиб в схватке с пиратами около пары лет назад), но в замке проживала его бездетная вдова, аристократка из Тевтонии по имени Лотта. Женщина могла что-то знать о пропавших, тем более, что она числилась в списке подозреваемых в дневнике сестры Алонзо.

    На подъездах к замку искатели также расспросили местных крестьян. Те подтвердили, что в день предполагаемого исчезновения Джульетты и Фаусто госпожа выезжала на конную прогулку, но вернулась уже затемно. Вроде бы, всадников было столько же, других подробностей селяне не заметили. Девушка, похожей на Джульетту, в окрестностях замка не появлялась.
    Лотта встретила гостей очень радушно. Она всем своим видом показывала, как ее поразило исчезновение Джульетты и Фаусто, и, хоть женщине хотелось бы пообщаться с Алонзо и его коллегами подольше, она не собиралась их задерживать, понимая спешность и важность поисков. Тем не менее, она предложила гостям остаться на ночь.

    Обстановка в замке оказалась не самой благополучной. Слуги казались испуганными и ни на шаг не отходили от гостей. Сама же хозяйка, хоть и любезничала с мужчинами (особо отмечая Даниэла, который привлек внимание женщины, презентовав той найденную шпильку), с синьорой Гьерини держалась довольно холодно, если не грубо, воспринимая ту как своего рода соперницу. До ужина искатели успели посетить библиотеку и познакомиться с планами замка, а также подняться на одну из башен, с которой Рената заметила дымок. Это открытие оказалось тем удивительнее, что, по словам слуг, в указанном направлении никто не жил – там располагался старый город Матера, вырубленный в скале, покинутый более 100 лет назад во время нашествия мертвецов.

    Матера

    Это открытие позволило иначе взглянуть на сведения собранные синьором Мути в окрестных деревнях во время осмотра дороги из Бари: крестьяне поговаривали, что видели в предгорье хорошо вооруженный отряд из восьми человек, предводитель которого носил щит с тевтонским орлом. По описанию герба и прочим отличительным чертам Леопольд опознал в главаре потомка семьи фон Страутов, которую, по приказу Адольфа, Лунцберг в свое время выставил заговорщиками. Глава семьи и младший сын были казнены, а прочие дети отправлены в изгнание. Судя по всему, Лотта принадлежала к той же фамилии.

    После ужина, прошедшего в несколько напряженной обстановке, искатели разошлись по своим комнатам. Те, очевидно, были подготовлены слугами таким образом, чтобы держать гостей на максимальном отдалении друг от друга. Алонзо, Бартоломео и Леопольд решили нести ночную вахту за игрой в кости, Рената отправилась спать, а Даниэл удостоился приглашения на личную беседу с Лоттой, после которой оказался в ее личных покоях.

    Ночь прошла куда менее спокойно, чем ожидали гости замка. На Алонзо, Бартоломео и Леопольда было совершено нападение. Шестеро хорошо вооруженных стражников сумели пробить оборону даже таких опытных солдат, как Мути и Лунцберг. Алонзо и Бартоломео оказались сильно ранены, Леопольду удалось скрыться.

    В комнату синьоры Гьерини также попытался проникнуть один из слуг замка, но, благодаря принятым Ренатой предосторожностям, девушка осталась невредимой. Более того, сумела незаметно для охранника выбраться в коридор, где столкнулась с Леопольдом. Совместными усилиями они выбрались из замка во внутренний дворик, где к ним вскоре присоединился Даниэл: после приятного времяпрепровождения хозяйка замка предложила молодому механику отделиться от группы и остаться вместе с ней, на что юноша согласился. После непродолжительной светской беседы дама попыталась опоить Ортего неизвестным ему зельем. Механик же, улучив момент, сумел с помощью подручных приспособлений выбраться в окно.

    Довольно быстро, несмотря на поздний час, замок был приведен в боеготовность – стражи отправились на поиски пропавших «гостей». Леопольд, не пожелавший оставлять Алонзо и Бартоломео, решил попытаться проникнуть внутрь и отыскать товарищей живыми или мертвыми. Чтобы отвлечь охрану, он попросил Ренату поджечь сено в амбаре рядом с конюшнями, что ей почти без труда удалось.
    Тем временем Бартоломео и Алонзо пришли в себя в подземелье. По неизвестной причине нападавшие сохранили им жизнь, более того, перебинтовали, не позволив истечь кровью. С трудом выпутавшись из веревок и вытащив ключи у заснувшего пьяного слуги-медика (тот следил, чтобы пленникам не стало хуже), мужчины выбрались из темницы (осторожный Бартоломео, не желая привлекать внимание, оборвал жизнь их надсмотрщика). И прежде, чем покинуть замковую тюрьму, искатели осмотрели соседние камеры. В одной оказалась довольно свежая подстилка – очевидно, что не далее суток назад в клетке находился какой-то пленник. В другой целая бочка, полная чумных крыс. В третьей сидел чудовищный зверь, судя по всему, бывший медведем до того, как его изуродовала чума.
    Закончив осмотр темницы, Алонзо и Бартоломео поднялись на верхний этаж. Расправившись с теми стражниками, что еще оставались на посту (остальных отвлек пожар, устроенный Ренатой), они приняли решение искать своих товарищей.

    В этот момент Рената уже прокралась на верхние этажи в комнату Лотты. Но, даже будучи прижатой к стене и раненой, вести диалог владелица чумного зверинца не пожелала, после чего девушка приняла решение убить хозяйку замка. Поднялся страшный переполох, который позволил всем искателям забаррикадироваться в одной комнате и всем вместе спуститься за стену крепости.

    Уставшие и раненные, посланники Гонеллы тем не менее нашли в себе силы, чтобы отправиться в Бари, за помощью. Синьор Джованни, узнав о произошедшем в доме покойного кузена, немедленно выделил Алонзо опытных солдат. Часть была направлена в замок Лотты, часть юный делла Ровере взял с собой на поиски сестры – молодой дворянин был уверен, что та еще жива и удерживается в плену бандитом-тевтонцем. Но, прибыв Матеру, к своему удивлению он узнал (со слов найденного в городе связанного священника), что Джульетта обвенчалась с Генрихом фон Стратуром и вместе с супругом отправилась в Васто.
    Благодаря таланту следопыта синьора Мути, искатели все же сумели нагнать отряд фон Стратута в горах. Тевтонец, как выяснилось, был страстно влюблен в Джульетту и отдавать свою супругу никому, даже ее родному брату, не собирался. По плану Лотты, Генрих, после того как его люди организовали ловушку и перебили охрану дела Ровере, чтобы взять в плен Фауста (все было обставлено так, будто бы люди вдовы спасли брата Алонзо), должен был убить девушку. Но у благородного по натуре мужчины не поднялась рука на беззащитную даму. Более ого, после нескольких дней наблюдения за пленницей, фон Страут понял, что влюбился. Джульетта по началу ответных чувств не испытывала, и Генриху приходилось прибегать к серьезному давлению, чтобы вынудить девушку ответить на его внимание («Либо обедаете со мной за одним столом, либо не обедаете вообще»). Постепенно то, что было тягостной обязанностью и страхом, превратилось в симпатию. Девушка прониклась сочувствием к храброму воину, чья судьба была так несправедлива, и, сама того не заметив, полюбила его. Их венчание было добровольным, а брак состоявшимся. Как и Генрих, Джульетта не собиралась отказываться от своих слов, даже если бы ее ждала самая страшная кара – отцовское проклятье.
    Алонзо всеми силами пытался найти способ решить эту дилемму. Фон Страут был изгнанником и преступником без состояния, титула и имени, такого зятя Джованни делла Ровере никогда бы не принял, а Джульетта отказывалась возвращаться домой без мужа. В конце концов, не найдя иного пути, Алонзо принял решение действовать силой. Ему пришел на помощь Леопольд, вызвав Генриха на дуэль, но силы поединщиков оказались практически равны. Поняв, насколько серьезный противник оказался перед Лунцбергов, синьор делла Ровере убедил большую часть людей тевтонца предать своего главаря. Те, соблазнившись обещанием денег, сами расстреляли своего предводителя из арбалетов.

    Джульетта была возвращена к родителям, но признавать себя вдовой, тем более, повторно выходить замуж, отказалась на отрез. Хуже того, спустя неделю выяснилось, что она ждет ребенка. Не желая терять ту слабую нить, что еще связывала ее с любимым человеком, прекрасно понимая, что родители не позволят ей растить «бастарда», поглощенная своим горем, девушка приняла решение уйти в монастырь и позволить монахиням устроить судьбу ребенка (пристроить его в приемную семью).

    Не менее пристального внимания, чем судьба синьоры делла Ровере, потребовала ситуация в замке. С трудом, но там удалось навести прядок и остановить мародерство, которому предались слуги после исчезновения «страшной хозяйки». В одной из комнат замка был также обнаружен Фаусто – живой, но слабый из-за длительного приема каких-то галлюциногенных настоев (Лотта пыталась таким образом сломить волю молодого человека, сделав того внушаемым и заставив жениться на себе). Фаусто был жертвой хитрой интриганки слишком долго, так что у него развилась зависимость от дурманящих снадобий. Алонзо пообещал брату найти средство от недуга, после чего отправил юношу к отцу.

    Искатели вернулись в Салерно 7 июня.

    Важные итоги для внешнего мира:
    • Лотта состояла в переписке с неким мужчиной по имени "Сильвио" из Салерно, который снабжал ее необходимыми книгами и ингредиентами (учил ее создавать и приручать чумных зверей). Судя по тону писем, помощь "Сильвио" был не безвозмездной, тот ожидал, что в определенный момент Лотта "сыграет свою роль в плане".
    • Алонзо становится старшим из наследников делла Ровере (даже если Фаусто вылечится, он хочет уйти в рыцарский орден и отказаться от наследства).
    • Джованни делла Ровере готов предложить Леопольду и Бартоломео работу, связанную с решением проблемы пиратской крепости Васто.
    Последний раз редактировалось LaroS; 24.04.2018 в 13:27.

  9. #9
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    По умолчанию

    Серия 8. О том, как закончилась история Дино Фальцони, и непристойных "картинках светом"

    Участвовали: Леопольд Лунцберг (Лезер), Рената Гьерини (Lorimo), Джулия Сфорцо (Сильвингвен), брат Фома (Booky), Антонио Гатти (Mimitroll)

    11 июня 1514 года искатели Панацеи готовились к охоте на самого ужасного вивисектора Салерно. Их вела догадка синьора Гонеллы о невероятной хитрости Дино Фальцони, которому, возможно, удалось избежать костра инквизиции. В своих предположениях алхимик опирался на некоторые «бытовые» записи (что-то вроде бухгалтерской книги), найденные во время поездки в Рошиньо. Следуя данным в тех бумагах, Фальцони регулярно осуществлял закупки определенных химических веществ, необходимых для его опытов (в частности, для сохранения человеческих тел). Гонелла определил торговцев, у которых вивисектор мог закупаться до своего исчезновения в 1509 г. и, руководствуясь своими знаниями о его личности, в частности, приверженности старым привычкам, попросил искателей проверить две крупные алхимические лавки. Также в документах было указание на человека из еврейской общины по имени Рам, которому Фальцони незадолго до исчезновения передал крупную сумму денег. Искатели узнали у Руфи, что указанный мужчина был отцом довольно беспутного молодого человека, пропавшего из города незадолго до визита инквизиции в Салерно. То, что на костер вместо вивисектора взошел кто-то другой, уже не подлежало сомнению, потому благородные синьоры поспешили приступить к осмотру алхимических лавок.

    В первую направились синьор Гатти и брат Фома. Пока Антонио занимал владельца оформлением крупного заказа, монах сумел договориться со слугой и получить адрес, на который не так давно поставлялись химические составы из списка, востребованного Фальцони. Этим местом оказался довольно известный публичный дом.

    Вторую лавку посетили Леопольд, Рената и Джулия. Беседа с продавцом оказалась не слишком плодотворной. Удалось узнать лишь, что владелец лавки появлялся очень редко, предпочитал решать все деловые вопросы по переписке и, кажется, у него было изуродовано лицо с левой стороны (он все время держался к собеседнику правым плечом и носил капюшон и шарф).

    Шансы встретить Фальцони в публичном доме казались наиболее высокими. Во-первых, одним из развлечений, предлагаемых клиентам, там были «картины светом» с участием местных девушек разной степени откровенности – несомненно, изобретение алхимика, чрезвычайно взволновавшее синьору Гьерини. Во-вторых, как можно было предположить из состава закупаемых веществ, их использовали для производства сильных дурманящих снадобий на основе опия. После долгих прений между синьорой Гьерини и синьором Гатти – стоит ли помогать тем несчастным, что попали под власть наркотических веществ и, через них, в дом терпимости, или нет – было решено организовать побег для тех девушек, которых удастся найти не в ущерб основной задаче (сборе информации о Дино Фальцони). В подготовке этого плана решающую роль сыграли связи синьора Лунцберга в рядах городской стражи.

    Чтобы не оставлять за спиной возможную угрозу, было решено попросить пару стражников приглядеть за второй лавкой. Туда же направилась синьора Сфорцо. Именно она заметила маленькую, неестественно ловкую и проворную фигуру, что легко скрылась от патрульных и проникла в магазин. Потратив некоторое время на слежку, Джулия узнала: «хозяином» лавки оказалась неизвестная девушка-химера.

    Тем временем брат Фома был приглашен Руфью на службу в христианскую общину с целью познакомиться со «вторым человеком после брата Камилло», отцом Луиджи. Квартирной хозяйке хотелось узнать стороннее мнение об этом человеке, чтобы понять, стоит ли приглашать того на прием. Брат Фома имел возможность провести с отцом Луиджи короткую беседу, которой оказалось достаточно, чтобы понять – под рясой священника скрывался ужасный сластолюбец. Но изыскания относительно личности святого отца монах оставил при себе.

    Куда большее потрясение ждало брата Фому позже вечером, когда Руфь попросила его отнести послание одному из своих родственников в еврейской общине. На обратном пути мужчину окружили четверо, в ком монах узнал членов ордена Искариотов. Некоторых он даже видел ранее – те следили за домом Руфи. Неизвестные обезоружили брата Фому, потребовав объяснений касательно «Сильвио» (складывалось впечатление, что поначалу те считали своего собеседника чем-то вроде тирана). Им оказался тот самый тиран, что уже встречался искателям Виттербо. Тот самый, что когда-то заразил юного Томаза Чумой. Поняв, что брат Фома знает о планах «Сильвио» не больше, чем они сами, искариоты скрылись, пообещав, однако, продолжить наблюдение.

    Позже вечером Рената и Антонио под видом супружеской пары с развращенными вкусами проникли в публичный дом. В текущем владельце заведения девушка узнала человека из своего прошлого – помощника алхимика-наркоторговца, завлекавшего девушек для работы в похожем заведении в Пизе. Там также рисовались откровенный «картинки светом». Полная решимости, синьора Гьеринии приготовилась ко встрече со своим самым страшным кошмаром – мастером созданий картинок, Витторио. И встреча вскоре состоялась, хоть и была прервана появлением таинственного мужчины в черном плаще. За неизвестным следовали Леопольд – незнакомец привлек его внимание, т.к. очень напоминал внешне пугающую фигуру из недавнего кошмара Мареке. Незнакомец, попытался скрыться, используя недюжинные навыки алхимии (вызвав в процессе пожар в публичном доме), но совместными усилиями Ренате, Леопольду и Антонио удалось взять его в плен. Синьоры Гатти и Лунцберг повезли таинственного алхимика, чрезвычайно походившего под описание Фальцони, на допрос, в то время как синьора Гьерини вернулась в дом терпимости, чтобы раз и навсегда закрыть эту дверь своего прошлого.

    Допрос было решено проводить в бедняцком районе, чтобы не привлекать лишнего внимания. К своему удивлению на месте Антонио и Леопольд встретили Джулию с братом Фомой, шедших по следу девушки-«химеры», хозяйки алхимической лавки. Объединив усилия, четверо искателей приступили к допросу Фальцони, разум которого был настолько далек от разума обычного человека, что не воспринимал ни боль, ни угрозы. Наконец, Леопольд не выдержал, и отправился за Гонеллой, надеясь хотя бы с его помощью разговорить сумасшедшего вивисектора. Присутствие алхимика в маске, действительно, подействовало. Впервые за три месяца искатели увидели настоящее лицо своего лидера – тот оказался чрезвычайно похож на Дино, а характер их общения не оставлял сомнений – Гонелла был обращен в химеру собственным братом. Фальцони раскрыл место хранения своих записей и попросил брата оборвать его жизнь. Сам он все это время растягивал веревки, удерживавшие руки, и сумел вытащить зашитую в манжет заостренную пластинку с ядом. Братья должны были умереть вместе, но Гонеллу от выпада Фальцони закрыла собой Джулия – пластинка вонзилась девушке в руку, которую, чтобы спасти синьоре Сфорцо жизнь, пришлось отнять до запястья.

    На этом история Дино Фальцони была закончена. Но не история Антонио Гатти. Следом за искателями в особняк Руфи прибыла девушка-«химера», за которой ранее следила Джулия. Она узнала в Гатти вивисектора, что 3 года и 4 месяца назад превратил ее в чудовище (химера жила в доме по соседству от того места, где пытали Фальцони, и просто выглянула в окно, привлеченная шумом). Искатели были возмущены подобным поведением своего соратника, споры продлились до самого утра. Но, в конце концов, было решено дать Антонио второй шанс.

    Важные итоги для внешнего мира:
    • Рабочие журналы Дино Фальцони были найдены в Неаполе в колокольне собора.
    • Девушка-химера по прозвищу Пико пока что живет в доме Руфи, Орланди собирается переправить ее в Рошиньо.
    • Здание публичного дома сгорело дотла (говорят, внутри был ужасный взрыв).
    • В руках искателей оказались компрометирующие изображения отца Луиджи с молоденькой монахиней.

  10. #10
    Завсегдатай Аватар для LaroS
    Регистрация
    20.04.2015
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    1,365
    Записей в дневнике
    45

    По умолчанию

    Серия 9. О том, что случается на званых вечерах, если пригласить слишком много политиков

    Участвовали: Рената Гьерини (Lorimo), Джулия Сфорцо (Сильвингвен), Алонзо делла Ровере (DOBRIY_DOKTOR)

    15 июня 1514 года благородные синьоры собрались на вилле Casa di poseidon, что на юге Салерно, дабы приятно провести время, наслаждаясь музыкой, танцами и легкими закусками. Хозяйкой вечера была широко известная светская дама Руфь Бен-Дорон. Потому собрание ожидалось самое блистательное и богатое на громкие фамилии. Кроме политических лидеров Салерно, по богато украшенным залам прогуливались деятели искусства, виднейшие представители аристократических родов Юга, а также некоторое количество гостей из северных феодов (Гвидо дель Грассо с двумя прелестными дочерьми шестнадцати и девяти лет и младшим братом Федерико) и с Сардинии (герцог Романо и синьора Николетта Сарто).

    Начало вечера, хоть и было отмечено определенным волнением в рядах искателей, оказалось достаточно приятным. Пока синьор Орланди обсуждал с лидерами еврейской и христианской общины предложения о продлении контракта «гильдии», его сторонники имели возможность пройтись по залу и познакомиться с гостями. Молодым синьорам удалось пообщаться с герцогом Романо, который с живым интересом наблюдал за политической жизнью Италии. Познакомиться с синьоринами дель Грассо, старшая из которых поразила искателей своей набожностью и неискушенностью, а младшая – своей юностью. Также, сами того не желая, Рената и Джулия привлекли внимание синьоры Сарто, которая разглядела в девушках некие «способности», которые советовала развивать под руководством мудрого наставника. На этом вереницу встреч с обменом любезностями пришлось прервать, т.к. начались танцы.

    Приглашенный на первую алеманду в качестве партнера старшей синьорины дель Грассо, Алонзо не преминул воспользоваться шансом и увлечь неискушенную деву фигурой, по его мнению, более впечатляющей, Домисьеном Прежаном. Дело в том, что по договору о возможном объединении северных и южных феодов должен был состояться брак между представителями семьи дель Грассо и аристократией юга. И молодой дела Ровере представлялся более чем подходящей партией для подобного. Вот только сам Алонзо оказался крайне разочарован личностью своей возможной супруги и посчитал лучшим направить ее внимание на другого. Что вызвало определенное недовольство, в том числе у самого месье Прежана, чье сердце оказалось занято дамой, личность которой он не пожелал раскрыть.

    По окончании танцев Орланди сообщил своим спутникам, что, вполне вероятно, в христианской общине вскоре сменится лидер (брат Камилло был уже довольно стар, а влияние отца Луиджи, второго лица среди католиков Салерно, достаточно велико), потому следовало поразмыслить над тем, не стоит ли оказать некое влияние на результат грядущих выборов главы мусульманской общины, если подобное вообще представлялось возможным. Дабы среди глав города оказался наиболее удобный целям искателей человек.

    Наблюдая за поведением гостей, вскоре синьору дела Ровере удалось определить группу «заговорщиков» - сторонников Амира ибн Рияда. В их число входил и отец Луиджи. Проницательная Рената заметила, что рядом с Иаковом Бен-Аароном постоянно крутился один и тот же слуга, который мог с легкостью что-то подмешать в еду старому еврею. Синьора Сфорцо обратила внимание на странное поведение одного из приглашенных на вечер художников, юного Франческо Бисслоло, вокруг которого, точно коршун, кружила синьора Сарто. Но расследовать эту историю ей не удалось – девушку увлек за собой на балкон для длительной беседы Хасим, сын визиря Севастополя.

    Потому судьбой синьора Биссоло пришлось заняться Ренате. Юный художником оказался не слишком искушен в светской жизни и, очевидно, несколько стеснен в своих возможностях. И на вечер прибыл в поисках богатого патрона, выполняя заказы для которого мог бы составить себе имя. Еще ранее девушка заметила, что синьора Сарто передала юноше небольшой сверток. Воспользовавшись своим очарованием и уловкой, достойной красной одалиски, синьора Гьерини сумела ознакомиться с его содержимым. В свертке оказались травы, вызывающие физическое влечение. Судя по всему, Николетта Сарто решила помочь Биссоло войти в ближний круг герцога Романо, предпочитавшего общество молодых людей прекрасным дамам, чтобы шпионить за своим бывшим протеже.

    Тем временем начался второй круг танцев, на котором партнершей синьора делла Ровере оказалась сама Николетта Сарто. Довольно недвусмысленно синьора намекнула, что готова поддержать молодого человека в его восхождении на политический Олимп, если тот не забудет свою покровительницу и даст ей определенные привилегии. Алонзо посчитал это предложение достаточно интересным для себя, несмотря на разногласия с Николеттой в прошлом. Даже с учетом того, что, по слухам, синьора Сарто соблазнила многих молодых людей.

    Чем ближе был конец вечера, тем очевиднее становилось напряжение между гостями. В том, что погибнут люди, сомнений не оставалось, но еще оставалась возможность предпринять шаги и предотвратить чью-то смерть. Или, наоборот, ускорить ее приход. Синьор Орланди и его сторонники были убеждены: жесткий и решительный Амир ибн Рияд – не самая подходящая кандидатура для руководства мусульманской общиной. Но его гибель прямо посреди торжественного вечера могла привлечь ненужное внимание и испортить репутацию Руфи. Потому, получив подтверждение своей оценке происходящему у искателей, Орланди направил в дом ибн Рияда наемных убийц.

    Судьба Исаака Бен-Аарона была предрешена – властный пожилой еврей мешал слишком многим. Оставалось понять, что планировала делать христианская община с таким неудобным лидером, как брат Камилло. Больше всего о происходящем мог знать лишь отец Луиджи. Красота и обаяние синьоры Сфорцо сразили священника, и, оказавшись застигнутым в сомнительной ситуации, старый блудодей не смог найти себе оправдания. Используя его страх перед разоблачением, искатели узнали у Луиджи все подробности жизни христианской общины и ее планы на будущее. Брат Камилло оказался старым упрямым мистиком, который всю жизнь ждал от Небес некого «знака». Увы, подобного он не получил, потому в своей политике был полностью лоялен папе Авиньонскому, наместнику Бога на земле. Отец Луиджи, следующий претендент на место брата Камилло, собирался его отравить. Но не каким-то сильнодействующим средством, а настоем, чье действие было бы похоже на старческую болезнь. Священник утверждал, что глава католиков должен был смениться не позднее, чем через месяц.

    После этой беседы искатели были уверены, что события в большой политике развиваются так, как им нужно. Оставалось решить вопрос с брачным договором, на котором настаивали дель Грассо. Младший брат синьора Гвидо Руфи совсем не понравился. Да и видеть в качестве потенциального владельца половины арендных домов Салерно самодовольного модника никто не пожелал. Потому синьор Алонзо мужественно принял удар на себя, согласившись на брак с Марселой. Т.к. девочке на момент обручения было всего 9 лет, а официальная свадьба могла состояться не раньше пятнадцатилетия невесты, этой хитрой уловкой синьор дела Ровере обеспечил себе еще несколько лет «свободной» жизни.

    Важные итоги для внешнего мира:
    • Иаков Бен-Аарон был найден мертвым в своей карете по возвращении с приема у Руфи. Врачи считают, что мужчина слишком много выпил и его сердце не выдержало.
    • Амир ибн Рияд был убит грабителями, пробравшимися в его дом. Судя по сплетням, распространяемым в городе, злодеи рассчитывали поживиться, пока хозяин дома не вернется с банкета, но тот застал их прямо за взломом секретера, где хранилась часть казны мусульманской общины. Тревогу ибн Рияд поднять не успел - был мгновенно заколот. Из его дома похищено денег и ценностей на 35,000 флоринов.
    • У герцога Романо новый фаворит. Говорят, это какой-то молодой итальянский художник.
    • Синьора Николетта Сарто поселилась на вилле Оресте в Салерно.
    • Новым главой еврейской общины стал некто Варнава, добрый и мягкий человек, ученый-богослов.
    • Новым главой мусульманской общины стал Сайдулла ибн Камаль, крупный землевладелец.
    • В Салерно объявлен недельный траур. По его окончании пройдет торжественная поминальная служба (сорок дней с возвращения экспедиции из Неаполя), на которой будут названы имена героев, что вернули в город бесценную реликвию и "подарили Салерно новую надежду".
    • Новость о браке между Алонзо делла Ровере и Марселой дель Грассо быстро облетела все крупные феоды. Влияние семьи делла Ровере заметно увеличилось.
    • В Салерно прибыл посланник из Французской Империи.
    • Установление контроля над портом Васто является обязательным условием для объединения севера и юга Италии.
    Последний раз редактировалось LaroS; 17.05.2018 в 18:58.

Страница 1 из 4 123 ... ПоследняяПоследняя

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •